Биография Николая Ге

           

Ге Николай Николаевич. Годы жизни: 1831г. - 1894г.

Исторический живописец, портретист, пейзажист. Родился в Воронеже в дворянской семье. Учился на математическом факультете Киевского, затем Петербургского университета. В 1850 году, не окончив университетского курса, поступил в Академию художеств, где наибольший его интерес вызвало наследие К.П.Брюллова. Влияние последнего очень заметно в ранних работах Ге, в частности в конкурсной программе на Большую золотую медаль Аэндорская волшебница вызывает тень Самуила Саул у Аэндорской волшебницы, 1856, ГРМ). Драматический сюжет (тень пророка Самуила предсказывает Саулу смерть в предстоящем походе), динамика жестов и мимики героев, особенное звучание пурпурного цвета и другие особенности заставляют вспомнить автора Последнего дня Помпеи с его романтической патетикой. В 1850-е годы развивалась и другая тенденция творчества художника, проявившаяся в портретах.

Михаил Шемякин. интервью. 16 сентября 2011

Михаил Шемякин, фото: архив Фонда художника Михаила Шемякина

Михаил Шемякин — о башмаках из сахара, равнодушии властей и новой книге, посвященной Высоцкому

Михаил Шемякин открыл в своем петербургском фонде научно-исследовательскую экспозицию «Рука в искусстве» — из цикла «Воображаемый музей». «Известия» встретились с художником для разговора о новых темах искусства. 

— Вы уже представили в Петербурге «Шар в искусстве», «Крик в искусстве». Почему ваше внимание на этот раз привлекла рука? 

— Это очень важная тема, которая длится с предысторических времен. Первое изображение руки было сделано первобытными охотниками, а, может, жрецами на стенах пещер, где они обитали. Сегодня тема получила развитие в скульптуре, графике, живописи. Руки и ноги могут заменить собой целую картину. Однажды исследователь творчества Брюллова сказал, что «Последний день Помпеи» написан так, что сгори эта картина и останься один только след ноги бегущего воина или престарелой матери, — и можно по этому фрагменту восстановить целое полотно. Конечно, сказано не без пафоса. Но действительно нога или рука могут очень многое выражать.

БГ Прекрасный народ, прекрасная земля, и очень плохо с управлением, с цивилизованностью

Каждому поколению хочется жить в самое плохое время, чтобы этим гордиться. Должен таких людей разочаровать: в России лучше никогда не было. И хуже — тоже. Россия не меняется. Меняются только имена и названия. Суть остается одной и той же. Прекрасный народ, прекрасная земля, и очень плохо с управлением, с цивилизованностью. История России началась с того, что послали за правителями-варягами, ибо сами собой мы управлять не можем. Ну, так и что изменилось с тех пор? Ни-че-го. Мы по-прежнему сами собой править не можем. Благодаря людям, получающим в России власть, здесь всегда происходят странные, абсурдные, парадоксальные, а порой чудовищные вещи. Таково свойство этой страны, от которого никуда не деться. Так будет всегда.

Древнее Междуречье Ирак фото

Вид с высоты птичьего полета на Великую мечеть ал-Мутаваккиля в Самарре, вдали расположен более поздний средневековый город, заметно, что он целиком, всего чуть больше Великой мечети, это была самая большая мечеть в Халифате.

Виктор Цой. Отвергая соблазны (Журнал “Советский экран’№ 8, 1990 год)

Когда-то давно в Ленинграде появились панки. Было их немного, десятка три, но энергии и шума хватило, чтобы «колыбель революции» содрогнулась. Одеты они были вызывающе, вели себя непристойно, дрались и скандалили, пели про неаппетитное (панк-рок!): про помойки, дохлых гадов и про то, что «в злобе приятненько жить». Клички имели соответствующие: Пиночет, Свинья, Осел. Самым загадочным персонажем в тусовке был Цой (как стало ясно впоследствии, это не кличка) — молчаливый, отчужденный, исполненный чувства собственного достоинства, одетый в черное. Он играл на ритм-гитаре и где-то в канун 1981 года сочинил свою первую песню «Мои друзья всегда идут по жизни маршем» (могу продолжить: «и остановки только у пивных ларьков»).

С тех пор Цой написал еще порядка сотни песен, стал одним из самых известных и почитаемых людей советского рока, а в остальном изменился мало. Кого-то сломал быт, кого-то испортила слава, третьих соблазнили деньги. Что до Цоя, то он ничем не запятнал своего строгого черного «прикида». Музыка «Кино» с годами крепчала, стилистически оставаясь в том же русле. «Последний герой», «Сюжет для новой песни», «Электричка» и многие другие вещи, написанные 7—8 лет назад, были бы к месту и в последнем альбоме.

Андрей Васильев: "юрийгагаринпредставляет" - история создания проекта

"Пионерские чтения"

Картины - фрески Рамаяна

Картины, фрески, иллюстрации древнеиндийского эпоса Рамаяна.

Рамаяна (Ramayana «путешествие Рамы») — древнеиндийский эпос на санскрите, автором которого в традиции индуизма принято считать мудреца Валмики. Является одним из важнейших священных текстов индуизма канона смрити. Учёными «Рамаяна» датируется IV веком до н. э.

Рамаяна (Ramayana «путешествие Рамы») — древнеиндийский эпос на санскрите, автором которого в традиции индуизма принято считать мудреца Валмики. Является одним из важнейших священных текстов индуизма канона смрити.

Согласно традиции индуизма, действие «Рамаяны» происходит в эпоху Трета-юга, около 1,2 млн. лет назад. Учёными «Рамаяна» датируется IV веком до н. э. В ней повествуется история седьмой аватары Вишну Рамы, чью жену Ситу похищает Равана — царь-ракшаса Ланки. В эпосе освещаются темы человеческого существования и понятие дхармы. Также как и «Махабхарата», «Рамаяна» — это не просто обычная история. В ней содержатся учения древних индийских мудрецов, которые представлены посредством аллегорического повествования в сочетании с философией и бхакти. Персонажи Рамы, Ситы, Лакшманы, Бхараты, Ханумана и Раваны являются неотъемлемыми элементами культурного сознания Индии.

Сергей Михалков - правила жизни

Правила жизни

.

Можете думать про меня все что угодно

А я ничего не испытываю, когда меня критикуют. Я критику не слушаю. Я написал гимн. Другие написали свой вариант. Не знаю, удалось ли мне выразить то, что я тогда чувствовал, но у других стихи не приняли, а у 

меня — приняли.

Моя няня перевернула случайно коляску, где я лежал, с тех пор я заикаюсь. Сталин мне сказал: «Михалков, не заикайтесь! Я вот приказал Молотову, чтобы он перестал заикаться, — и он перестал». Сталин любил пошутить.

Есть одна военная фотография: я на море, наклонившись, угощаю конфетой женщину в купальнике. А чего тут странного? Война в этот момент — в самом разгаре, но жизнь шла своим чередом.

Хочется жить и ничего не бояться. Мне 94 года. В этом возрасте думаешь только об одном: скорей бы все это кончилось — хочется, чтобы людям жилось более спокойно на земле и, в частности, в нашей стране.

В женщинах меня всегда привлекала душа. Если женщина живет ради тебя — значит, у нее есть душа. А иногда бывает, она хочет, чтобы ты жил ради нее. Это уже сложный психологический этюд.

Петр Тодоровский - правила жизни

Правила жизни

Ум и талант не всегда совмещаются в человеке. Есть хорошая пословица: «Чем глупее фермер, тем крупней картофель». Это часто бывает в искусстве.

Испытание сытостью иногда труднее испытания бедностью.
Мои актрисы часто получали призы. Яковлева, Чурикова, Гурченко. Меня называют дамским мастером. Но это неправда.
Писать очень хорошо с шести-семи утра. Встаешь, душ, завтрак и за стол. Компьютер я не признаю, у меня старая машинка, «Эрика». Люблю, как она стучит в тишине.
Чем драматичней съемки, тем лучше выходит фильм.

Заграничный успех — Что помешало «Черной молнии»

Что скорее оценит русский зритель: историю о том, как простой московский студент становится супергероем и борется со злодеями на улицах российской столицы, или о том, как американские парни воюют с аборигенами вымышленной планеты? В середине декабря 2009 года для режиссера Тимура Бекмамбетова не было вопроса главнее. Через две недели на экраны выходил боевик «Черная молния» — первый его самостоятельный продюсерский проект с бюджетом $15 млн. Но уже состоялась мировая премьера американского блокбастера «Аватар», и волна интереса к фильму Джеймса Кэмерона грозила смыть всех конкурентов.

Кирилл Разлогов - Отечественная анимация в контексте мировой культуры

Видимый текстскрытый текст

Кирилл Разлогов

Отечественная анимация в контексте мировой культуры

Когда я решил написать единую историю мирового кино, не распадающуюся, как принято у нас, на отечественное и зарубежное, сразу стал вопрос о том, как отдельные компоненты нашего киноискусства вписываются в мировой кинопроцесс. Чересполосица здесь была чрезвычайная — от полной изоляции до неразличимого единства. Пример анимации — красноречив.

Первым отечественным классиком в этой сфере по праву считается Владислав Старевич. Еще в начале 10-х годов минувшего века он не только заложил основы объемной мультипликации, но и экспериментировал с сочетанием кукол и живых актеров, предвещая и легендарного «Нового Гулливера» (1930) Александра Птушко, и «Кто подставил кролика Роджера?» Роберта Земекиса (1988). Если знаменитая «Месть кинематографического оператора» в 12-м году продолжила традицию его первых «энтомологических» фильмов, где куклы-насекомые разыгрывали вполне человеческие сюжеты, то в годы Первой мировой войны по заказу Скобелевского комитета попечения о раненых он снимает мультипликационно-игровую притчу «Лилия Бельгии» с очевидным политическим подтекстом. В этом фильме Старевич совмещает игровые сцены (в главной роли снялась семилетняя дочь режиссера Ирина) с кукольной анимацией. Сюжет о лилии, погибающей в результате заговора жуков, представляет собой аллегорию на тему трагической судьбы Бельгии в годы войны.

Блатные песни

"В СССР была отличная музыка, о которой никто в мире не знал"

Фото: Александр Дельфинов / Коммерсантъ Вся галерея  5

Российская наука еще с XVIII века имела ярко выраженный немецкий акцент. Поэтому нет ничего удивительного в том, что немалую часть основополагающих работ по русской культуре написали ученые германского происхождения. Наиболее полный для своего времени словарь русского языка составил датчанин Даль, фундаментальную работу по русским фамилиям написал немец Унбегаун, самую точную и подробную биографию Чехова — англичанин Рейфилд. Эту традицию продолжил немецУльрих Хуфен, автор самой полной истории советской блатной песни.

Филолог-славист Ульрих Хуфен написал популярное исследование о блатной песне так, как это не сделал до него ни один российский автор. Ничего подобного почти академическому сочинению о блатной песне, точнее, об альтернативной, подпольной поп-музыке в СССР на книжном рынке до сих пор не было. После легализации блатного жанра в перестроечные времена не было недостатка и даже был переизбыток публикаций и книг о нем. Получился кризис перепроизводства, за деталями потерялась суть. Использовав технологии немецкой контекстуальной, конкретной журналистики, Хуфен создал вполне эпическое произведение. Четыре героя — Леонид Утесов, Аркадий Северный, Костя Беляев, Гарик Осипов возвышаются, как скалы, посреди океана андерграундной анонимности. Рядом появляются и исчезают фигуры второго плана, но без них не было бы первого: комический поэт с трагической судьбой Яков Ядов — автор суперхита "Бублички", талантливый продюсер и поэт Рудольф Фукс — "создатель" Аркадия Северного, штрафной бизнесмен и поэт Борис Тайгин, придумавший "Золотую собаку", лихой одессит Стас Ерусланов, продюсировавший "одесские гастроли" Северного. В своей работе Хуфен сумел подвести внятный культурологический итог 20-летней постперестроечной дискуссии о смысле и сути блатной — озорной, городской, дворовой — песни.

"Они просто пели что хотели"

Для многих советских слушателей Аркадий Северный находился в одном ряду с американскими музыкальными иконами Фото: Сергей Соколов

В начале книги описывается ситуация: Сталин дает прием, там присутствует Утесов, и вождь говорит артисту: "Ну спой для нас южные песни!" Утесов немного шокирован, потому что в 1930-х годах уже как бы нельзя их петь, но все же он поет "Гоп со смыком". После этого блатные песни уходят в подполье вплоть до перестройки. Почему Сталин их запретил, хотя явно любил?

Они не соответствовали новой политике! Но официального запрета не было, по крайней мере мне о нем неизвестно. Просто само собой стало ясно: анархия южных песен не вписывается в новую консервативную фазу, наступившую через 15 лет послереволюционного хаоса. Сталинская реставрация потребовала нового искусства — неоакадемического по сути. Требовалось описывать мощь стальных комбинатов и биографии героев труда, а не каких-то сутенеров, крутивших шуры-муры с Марусями, Розами и Раями.